В ту ночь над нашим поселком как будто разверзлось небо, была такая гроза, что заснуть было невозможно. Свою верную сторожиху, овчарку Дану я пустила в дом, потому что ее вольер во дворе заливало водой. Дана отряхнулась, лизнула мне в благодарность руку и скромно улеглась у входной двери.
Я уже начинала дремать, как собака настороженно заворчала. За пять лет я уже выучила все ее интонации, и поняла – где-то неподалеку «гости». Кто мог сунуться в такую погоду, было непонятно. На всякий случай я оделась и взяла электрошокер, мало ли что? Не зажигая свет, посмотрела в окна, но никого не обнаружила. А Данка, видя мое движение, одобрительно взмахнула хвостом и как бы показала мордой на дверь, мол, нужно туда. Я покачала головой:
– Ну кто там, слышишь какой дождь, что, пойдем мокнуть?
Собака подскочила и с готовностью уселась у двери. Пришлось натянуть плащ и выйти во двор. Там Дана рванула к калитке и два раза негромко, без агрессии, взлаяла. Я пошла к ней и увидела, что около моего забора сидит старушка, промокшая насквозь. Была она в каком-то странном заторможенном состоянии, ее трясло от холода. Мне пришлось поднапрячься, чтобы дотянуть, спотыкаясь, в дом.
Там я ее раздела, растерла, натянула шерстяной спортивный костюм и закутала в плед. После чашки горячего чая бабушка начала приходить в себя, но по прежнему не говорила ни слова.
Пообщались мы только утром. Старушка тихонько лежала на диване, боясь меня разбудить и ждала, когда я открою глаза. Когда она назвала, где живет, я ахнула – это было за двести пятьдесят километров от нашего поселка!
А история, как Александра Владимировна оказалась у моей калитки, вообще не укладывалась в голове.
Ее на нашу окраину привезла поздно вечером невестка. Из предыстории поездки Александра Владимировна помнила только какой-то странный на вкус чай, после него она очнулась под проливным дождем в неизвестном месте, и побрела наугад по улице. Шла, пока хватило сил, а потом, выбившись, села около моего дома на лавочку, где ее и почуяла моя Данка.
С невесткой у моей гостьи были очень непростые отношения. Заселившись после свадьбы, Ольга сначала создала благоприятное впечатление у хозяйки квартиры, но после того как Александра Владимировна начала болеть и нуждаться в постоянном уходе, изменила свое отношение к свекрови, советуя мужу перевезти мать в дом престарелых. Это предложение Владислав, сын старушки, отмел напрочь, и тогда невестка, пользуясь частыми его командировками, в отсутствие сына просто изводила старую женщину, рассказывая Владиславу о ее, будто бы маразматичных выходках и создаваемых проблемах. Тот, слушая жену, все равно не соглашался на вариант с домом престарелых и нанял сиделку, чтобы облегчить жене уход за матерью.
Когда Владислав уехал в очередную командировку, его жена отпустила сиделку домой, сказав, что сама присмотрит за свекровью, и «присмотрела» – опоила чаем со снотворным и вывезла Александру Владимировку за три девять земель, в расчете, что слабый организм свекрови не выдержит такой перегрузки – ноябрьский ливень в ту ночь был просто ледяным.
Но невестка просчиталась, и уже через два дня я поехала к Александре Владимировне домой, так как номер телефона сына она наизусть не знала. Владислав, по ее словам раньше
Дверь мне открыла та самая Ольга и неприветливо спросила:
– Чего надо?
Я ответила в тон:
– Не чего, а кого – сына Александры Владимировны!
Ольга хотела захлопнуть дверь, но я успела втиснуть туда дорожную сумку и начала трезвонить. Прибежал Владислав:
– Что тут происходит?
Я, выдернув помятую сумку сказала:
– Мама вам привет передавала, она жива, несмотря на все усилия вашей жены!
Ситуация прояснялась быстро. Владислав задав пару вопросов Ольге, с размаху зарядил ей пощечину:
– Ах ты дрянь! Посажу, сука!
Как я поняла, сын Александры Владимировны имел неплохие связи в органах, потому что полиция после его звонка «куда надо» приехала очень быстро. Группа увезла Ольгу в отделение, а мы с Владиславом на его машине помчались ко мне. Встреча матери и сына была очень трогательной, я прослезилась, а Данка, маша хвостом, весело поскуливала, осознавая свою главную роль в спасении Александры Владимировны.
Конец истории – настоящий хэппи-энд. Ольгу закрыли в СИЗО, где она просидела под следствием больше полугода. Александра Владимировна уговорила сына отыграть все назад и написала заявление, что претензий к преступнице не имеет, благодаря чему той переквалифицировали статью и дали условный срок. А Владислав сделал мне предложение, и я согласилась стать его женой.
После росписи я переехала жить к Владиславу, а Александра Владимировна – в мой дом. После рабочей недели, в пятницу, спешим ее проведать, а в наше отсутствие мою свекровь охраняет Данка.
Сообщение появились сначала на .
Комментарии (0)