Не трогай эти коробки! Людмила выхватывает из рук Игоря старый фотоальбом. Я сама разберу!
Игорь удивлённо поднимает брови.
Люда, что с тобой? Я просто хотел помочь с переездом.
Помочь? она прижимает альбом к груди. Ты вчера выбросил мою коллекцию открыток, назвал её хламом!
Но они пылились на антресолях почти двадцать лет!
Это память! Память о бабушке!
Игорь вздыхает, садится на диван среди коробок и пакетов. Они переезжают в новую двухкомнатную квартиру в панельном доме на окраине Москвы. После пяти лет аренды наконец берут ипотеку. Квартира небольшая, но собственная.
Прости, тихо говорит он. Я не знал, как важны для тебя эти открытки.
Людмила смягчается, садится рядом.
Просто я устала. Всё день упаковываю, а завтра опять на работу.
Может, возьмёшь выходной?
Не могу. У нас отчётный период.
Игорь обнимает жену, и она прижимается к его плечу. Пять лет брака научили их быстро решать конфликты, но в последнее время ссоры стали частыми. Виновата в этом мать Игоря Тамара Ивановна.
Тамара живёт в соседнем подъезде того же дома. Когда Игорь предложил купить квартиру именно здесь, Людмила сначала обрадовалась: район знакомый, до работы удобно добираться. Но узнав, что соседка будет её мать, она задумалась.
Паша, может, посмотрим в другом районе?
Зачем? Здесь идеальный вариант, и маме будет удобно рядом.
Именно это меня тревожит.
Люда, не будь такой уж тревожной. Мама хорошая, ты же знаешь.
Людмила знает, что Тамара Ивановна учительница младших классов, воспитала Игоря одна после развода. Но она считает сына центром вселенной и ревнует к любой, кто рядом.
Первые годы она жила дальше, навещала их раз в неделю. Год назад продала свою квартиру и переехала в этот же дом, желая быть ближе к сыну. С тех пор её визиты стали частыми: утром с пирогами, днём с советами, вечером с претензиями. Людмила терпит, понимая, что женщина одинока.
Ладно, поставлю чайник, говорит она, вставая с дивана.
В дверь стучат. Открывает Тамара Ивановна с кастрюлей борща.
Привет, милая! Принесла борщ, знаю, что ты с переездом не успеваешь готовить.
Спасибо, тётка, берёт Людмила кастрюлю. Входи.
Тамара осматривает хаос из коробок.
Ох, сколько барахла! Зачем вам столько вещей?
Это не барахло, настороженно отвечает Людмила. Это наши вещи.
Не обижайтесь, милая. У молодых сейчас мания накопительства. В моё время обходились минимумом.
Игорь выходит, обнимает мать.
Мам, спасибо за борщ! Как раз проголодались.
Пожалуйста, сынок. Паша, ты похудел! Людочка тебя не кормит?
Кормлю, сухо отвечает Людмила. Он сам почти не успевает поесть, задерживается на работе.
Работа дело, а обед по расписанию! Паша, надо нормально питаться!
Мам, всё в порядке, не переживай.
Сидят за кухней, Людмила разогревает борщ, нарезает хлеб. Тамара замечает, что хлеб не свежий.
Почему хлеб не свежий?
Вчера купила, сегодня не успела в магазин.
Вчерашний хлеб вреден! Нужно каждый день свежий покупать.
Мы взрослые, решим сами, возражает Людмила.
Ой, простите, я только хочу, чтобы Паша был здоров, улыбается тётка, но в голосе слышится упрёк.
После ужина Тамара встаёт.
Пойду я. Завтра ещё приду, помогу вещи разобрать.
Спасибо, но справимся сами, быстро отвечает Людмила.
Что значит «сами»? Я же хочу помочь!
Мам, правда, мы справимся, поддерживает её Игорь. У тебя же завтра школа.
После школы приду, в три часа буду.
Тамара уходит. Людмила устало опускается на стул.
Паша, она будет приходить каждый день?
Не каждый, просто сейчас переезд, хочет помочь.
Твоя мама всегда хочет помочь, даже когда помощь не нужна.
Люда, не начинай. Она старается.
Я знаю, но устала от постоянного контроля.
На следующий день Людмила берёт полдня в офисе, чтобы продолжить обустройство. В три часа, как обещала, приходит Тамара.
Ой, что ты натворила! восклицает, видя расставленную посуду. Всё не так!
Что не так? устало спрашивает Людмила.
Тарелки должны стоять в верхнем шкафу, кастрюли в нижнем! Это элементарно!
Мне удобнее иначе.
Удобнее? Ты просто не умеешь правильно организовать пространство!
Тамара начинает перекладывать посуду. Людмила сжимает зубы, считает до десяти.
Пожалуйста, оставьте всё как есть. Это моя кухня.
Твоя? А Паша где будет готовить?
Паша не готовит.
Потому что ты его не научила! Я его приучала помогать, а ты его избаловала!
Я? Избаловала? вспыхивает Людмила. Это вы его избаловали! До женитьбы он яичницу пожарить не мог!
Как ты со мной разговариваешь! взрывается Тамара. Я тебе не подружка!
Прошу прощения, произносит Людмила. Просто оставьте мою кухню в покое.
Тамара раздражённо уходит, но продолжает критиковать расположение мебели.
Диван нужно к другой стене! И шкаф переставить! И зачем вам этот старый комод?
Это комод моей бабушки, твёрдо отвечает Людмила. Он останется.
Бабушки! Всё время со своими бабушками! Старье нужно выбрасывать!
Людмила молча выходит в ванную, смотрит в зеркало. Лицо бледное, под глазами круги. Переезд и теща её выматывают.
Вечером Игорь приходит усталым, но довольным.
Как дела? Много успела?
Нечего особенного. Твоя мама пришла.
И как?
Как всегда, всё критикует, всё переставляет.
Игорь вздыхает.
Потерпи. Она привыкнет, перестанет вмешиваться.
Паша, она живёт рядом уже год. Когда привыкнет?
Не знаю. Но она моя мать, я её не могу выгнать.
Я не прошу выгнать. Просто поговори с ней, объясни, что мы взрослые.
Попробую.
Разговор не помогает. Тамара продолжает приходить почти каждый день: то суп принесёт, то бельё предложит постирать, то просто зайдёт поболтать, всегда с замечаниями пыль на полках, еда невкусная, Игорь в нелепой одежде.
Людмила терпит, понимая, что теща одинока и сын для неё всё. Но терпение иссякает.
Кульминация наступает в субботу. Людмила просыпается с головной болью. Вчера был тяжёлый день на работе, потом дома готовила и убиралась. Игорь уехал в командировку на три дня. Она лежит в постели, не в силах встать, таблетка от боли не помогает. В дверь стучат. С трудом встаёт, открывает.
На пороге Тамара с кастрюлей щей.
Людочка, я щи сварила. Паши нет?
В командировке.
Хорошо, оставлю их тебе.
Тамара ставит кастрюлю на плиту. Людмила держится за стену, голова кружится.
Что с тобой? Бледная какая.
Голова болит. Приляг.
Голова от безделья, наверное! Весь день дома сидишь!
Я работаю, тётка. Пять дней в неделю.
Работа! Сидячая работа не работа! Я в школе весь день на ногах!
Людмила молчит, идёт в спальню, ложится, укрывается одеялом. Тамара ходит по квартире, чтото делает на кухне, потом заходит в комнату.
Я уберусь, пока ты отдыхала.
Не надо, сама разберусь.
Да что ты сама! Вон пыль на тумбочке!
Тамара начинает протирать пыль, передвигает вещи. Людмила закрывает глаза, пытаясь отдохнуть.
Через стену, отделяющую их квартиры, слышен голос Тамары по телефону.
Алёна? Это я, Таша. Да, дома. Только от Паши с невесткой пришла.
Людмила прислушивается. Алёна подруга Тамары, тоже учительница.
Представляешь, лежит, говорит, голова болит! Суббота! Молодая, здоровая, а болеет!
Да, какая хозяйка! Не умеет готовить, убирает как попало! Я каждый день приношу еду, иначе Паша бы голодал!
И главное, неблагодарная! Я ей помогаю, а она недовольна! Скажи, так с тещей разговаривают?
Да, да, точно! Я тоже думаю, что Паша ошибся с женой! Можно было бы найти получше! Вон Марина, дочь Зинаиды, до сих пор не замужем, врач, красивая, из хорошей семьи! А он выбрал эту!
Людмила сжимает кулаки. Значит, она для тёщи «эта»?
Знаешь, что самое обидное? Она моего Пашу не ценит! Он работает как проклятый, а она даже ужин нормальный приготовить не может! Вчера пришла они макароны едят! Макароны, представляешь?
Людмила вспоминает вчерашний ужин: макароны с домашним соусом, который сама готовила два часа.
И комнаты у них как? Бардак! Вещи разбросаны, пыль везде! Я прихожу, убираюсь, а она еще недовольна!
Это была последняя капля. Людмила встаёт, стучит кулаком в стену.
Тамара Ивановна! Я всё слышу!
Тишина. Потом слышен приглушённый голос тёщи:
Алёна, я перезвоню.
Людмила садится на кровать, дрожа от злости. Телефон звонит Игорь.
Привет, дорогая! Как ты?
Нормально, голос дрожит.
Что случилось? Ты плачешь?
Паша, твоя мать
Она рассказывает всё: разговор, постоянную критику, что больше не может терпеть.
Люда, мама эмоциональная, могла сказать в порыве.
В порыве? Она говорила совершенно спокойно! И называла меня этой!
Я приеду, поговорю с ней.
Не надо. Я сама решу.
Не делай глупостей.
Не волнуйся. Просто больше не пущу её к нам.
Ты не можешь не пускать мою мать!
Могу и буду. Это мой дом тоже.
Люда!
Всё, Паша. Я устала. Поговорим, когда вернёшься.
Она вешает трубку, голова всё ещё болит, но злость даёт силы. Встаёт, проверяет замки, берёт ключи у тёщи у неё есть запасной комплект.
В дверь стучат. Людмила смотрит в глазок Тамара.
Людочка, открой! Мне нужно поговорить!
Людмила молчит.
Света, я знаю, что ты дома! Открой!
Уходите, Таша.
Как это уходите? Я должна объясниться!
Не нужно. Я всё слышала.
Ты неправильно понял! Открой, поговорим!
Нет.
Светлана, не глупи! Я ключом открою!
Попробуйте. Я нацепила цепочку.
Звук ключа в замке. Дверь приоткрылась на пару сантиметров и уперлась в цепочку.
Сними цепочку!
Нет.
Я мать Паша! Имею право входить!
Не имеете. Это моя квартира тоже. Я вас не приглашала.
Как ты смеешь!
Смею. Вы назвали меня этой, сказали, что я не умею готовить и убираться, что Паша ошибся со мной. Зачем вам приходить к этой?
Тамара замолчала, потом тихо сказала:
Людочка, я перегорела. Не хотела тебя обидеть.
Но обидели. И не в первый раз. Вы постоянно меня критикуете, унижаете.
Я просто хочу помочь!
Мне не нужна такая помощь. Уходите, пожалуйста.
Я к сыну пришла!
Сына нет. Он в командировке.
Тогда подожду его здесь!
Нет, не подождёте. Уходите, иначе я вызову участкового.
Ты не посмеешь!
Посмею. Вы пытаетесь зайти в мою квартиру против моей воли.
Тамара захлопнула дверь, но не ушла. Стоит у входа, стучит, кричит.
Открой немедленно! Неблагодарная!
Людмила отходит от двери, садится на диван, берёт телефон, снимает видео, как тёща бросает вызов.
Через десять минут Тамара устаёт и уходит. Людмила выдыхает. Первый раунд позади.
Вечером Игорь звонит.
Мама звонила. Плачет. Говорит, ты её не пустила.
Не пустила.
Это же моя мать!
Паша, твоя мать назвала меня неблагодарной. При этом в дверях громко кричала.
Она расстроена!
А я? Я не расстроена! Я год терплю её хамство!
Это не хамство, а забота!
Забота? Слушай запись!
Людмила включает видео, показывает Игорю. Слышно, как Тамара ругается за дверью.
Вот твоя заботливая мама. Слышишь, что она обо мне говорит?
Игорь молчит, потом вздыхает.
Ладно. Приеду, разберёмся.
На следующий день Людмила вызывает слесаря, меняет замки. Теперь ключи тёщи не подходят.
Тамара приходит ещё несколько раз, звонит, стучит, уговаривает, угрожает. Людмила не открывает.
Соседи начинают интересоваться, Людмила коротко объясняет семейные разногласия.
Игорь возвращается из командировки в понедельник вечером. Людмила встречает его спокойно.
Привет.
Привет. Мама ждёт меня. Схожу к ней, потом поговорим.
Он уходит к маме. Через два часа возвращается, мрачный.
Мама в истерике. Говорит, что я её оскорбила.
Я? Она? Она меня оскорбляла!
Люда, она пожилая, надо быть терпимее.
Пожилая? Ей пятьдесят семь! Она моложе моей мамы!
Всё равно. Она моя мать.
А я твоя жена! Или это не важно?
Игорь сажает стакан, вздыхает.
Люда, найдём компромисс. Мама обещает не критиковать, а ты её впускаешь.
Нет.
Почему?
Потому что она не изменится. Будет улыбаться, а за спиной жаловаться.
И тогда Людмила, собрав всю свою решимость, закрыла дверь навсегда, уверенная, что их семья наконец обретёт мир.
Комментарии (0)