Не лезь, это моя жизнь! обиженно бросила Катя, глядя в мутные стены гостиной.
Ты ведь бабушка! И мама! Хочешь хоть раз реально помочь! её голос дрожал, будто шептало ветер в пустой квартире.
В тот же миг Катя сидела за столом в доме у своей матери в Подмосковье. Валентина Александровна успела быстро накрыть, но со вкусом: бутерброды с домашней колбасой, толстые ломтики сыра и копчёную скумбрию, булочки из соседней пекарни. На столе ваза с виноградом, гранатом и мандаринами без экзотики, но достаточно, чтобы гость почувствовал, что её ждут.
Внук в детском кресле смотрел мультфильмы в новеньком костюмчике, купленном бабушкой пару дней назад.
Кать, не ломай комедию, раздражённо отозвалась Валентина. Я твоего сына обуваю, одеваю, в детсад вожу, лекарства покупаю. Он полностью на мне. А тебе всё мало?
Ну, это же твой внук. Кто, если не ты? Мы с Димой уже не знаем, где брать деньги. Кредиты, ипотека, коммунальные платежи, садик Оставшееся хватает лишь на хлеб и макароны.
Так а я тут при чём? Я за вас кредиты брала? Или заставляла вас рожать? Квартиру ты тоже изза меня продала? Ты мне говорила не лезть, вот я и не лезу. И теперь я ещё чтото должна?
Мам! Катя нахмурилась. Смотри, как мы живём! Я уже даже маникюр себе не делаю лак закончился! Хожу в разваливающихся сапогах, если прошлась по луже, ноги всё мокрые, потом болею. У Димы осталась одна нормальная рубашка. Мы не живём, а выживаем. И ты ещё решила меня воспитывать! Тебе легко говорить, у тебя каждый завтрак красная рыба!
Валентина, подавив губы, слушала дочь. Да, в чёмто она действительно была виновата слишком сильно любила. Но исправление приходит не деньгами, а столкновением с последствиями.
Кать, а я тебе по жизни разве мало дала? женщина прищурилась. У тебя было всё. Захотела сенсорный телефон, когда все ещё держали кнопочные получила. Попросила норковую шубу купили. Жильём я тебя обеспечила. Ты уже не маленькая девочка, должна сама по этой жизни барахтаться.
Катя обидно надулась и отвернулась, как в детстве, когда не покупали очередную игрушку, потому что дома места не оставалось.
Валентине вспомнилось, как маленькая Катя в новом спортивном костюме со стразами мчалась по квартире. В её комнате стоял новенький компьютер, гдето в шкафу лежала коробка с фотокамерой подарок на Новый год. Желания Кати менялись быстрее, чем курс рубля: то фотограф, то парикмахер, то актриса. Валентина успевала лишь открывать кошелёк и записывать дочь на дополнительные занятия.
Пусть девочка наслаждается. Детство бывает только один раз, говорил муж, посмеиваясь.
Павел, бывший военный, был уважаем в городе, его доходы позволяли семье ни в чём себя не ограничивать. Валентина тоже работала, но больше из желания быть полезной, чем ради денег.
Хочу попробовать валять из шерсти! воскликнула Катя, увидев видео на Ютубе.
Валентина отвела её в магазин рукоделия, вручила большую корзину. Через полчаса она была набита до краёв. Другие родители, наверное, дали бы лишь пару пачек пряжи и простые иглы, но Валентина верила, что развитие дочери святое. Возможности были, почему бы и нет?
Катя хваталась за каждое новое хобби с рвением, а через недели бросала его, находя чтото другое. Это смущало Валентину, но она считала: дочь просто пробует себя. Катя же привыкала к тому, что всё приходит по щелчку пальца.
Потом Павел умер, и Валентина осталась одна. Он оставил ей огромный счёт в банке; проценты покрывали бы жизнь, но она продолжала работать, пока здоровье не подводило.
Перед Катей её совесть была чиста. Она оплатила дочери обучение в Москве, купила однушку в новостройке, сделала ремонт. Валентина решила, что все галочки «хорошей мамы» поставила. «Я дала ей всё для старта. На время учёбы помогу, дальше сама», твёрдо заявила она.
Но чтото пошло не по плану.
Катя только начала второй курс, когда объявила, что у неё появился парень. Дима, её однокурсник, тоже держал айфон, пусть и не последнюю модель, а денег почти не было. Их родители были тоже обеспечены, но улыбка у Димы была наглая, а бытовые навыки нулевые.
Кать, сначала закончи учёбу, попросила Валентина после встречи с Димой. Если захотите жить вместе живите, но не спешите. Сначала получи профессию, встань на ноги, а потом уже думай о семье.
Мам, не лезь, ответила Катя, нахмурившись. Это моя жизнь.
И Валентина действительно не лезла. Жизнь же сложилась иначе.
Сначала всё казалось красивым. Они жили в однушке, мать оплачивала коммунальные услуги, давала карманные деньги на еду и одежду. Молодым оставалось лишь наслаждаться сериалами и гулять до рассвета.
Первый бросил учёбу Дима. Сказал, что не видит смысла.
Я поступил, потому что родители хотели, признался он. А так пустая трата времени. Не пойду по профессии.
Потом Катя тоже бросила учёбу. Но причина была иной.
Мам, я беременна, простым голосом сообщила она по телефону. Мы с Димом уже всё решили. Я пойду в декрет, потом посмотрим.
Кать Валентина вздохнула, прикрыла лицо рукой, но всё же сдержалась. Ну, дерзайте, если решили.
Ты же поможешь нам? спросила дочь, робко надеясь.
Внуку помогу. А вы, раз решили рожать, уже взрослые. Ты уже имеешь больше, чем я в твоём возрасте. Справляйтесь сами, ответила мать, хотя внутри всё сжималось.
Повисла пауза.
Понятно всё с тобой, прошептала Валентина.
Катя бросила трубку. Последовали истерики, манипуляции, жалобы на сломанный холодильник, изношенный пуховик, низкий гемоглобин изза плохого питания. Валентина отреагировала только на последнее, и то лишь в период беременности и кормления.
Не должен же внук страдать изза дураковродителей, ворчала она, таская сумки с продуктами.
А потом Катя выдала новую новость.
Мы решили продать квартиру, будем брать двушку.
Катенька Подумай. Вам пока не к спеху, ребёнок будет спать с вами.
Нет, мам. Мы решили. Мы ещё свадьбу хотим, медовый месяц, всё почеловечески.
Валентина сцепила зубы, но не лезла.
Деньги утекали, как песок сквозь пальцы: банкет, фотосессия, новые айфоны, ноутбуки, отпуск в Крыму, первоначальный взнос по ипотеке. Молодые даже взялись в кредиты.
Ипотечные платежи выросли в разы, кредитов становилось всё больше. Скоро Катя жаловалась, что до конца месяца не хватает денег. Внуку Валентина покупала смеси, пюре, подгузники Последние полгода он жил у неё.
Дима устроился оператором и подрабатывает курьером. Я тоже перейду на удалёнку, будем тянуть. Возьмёшь пока Лёшу к себе? просила Катя.
Валентина согласилась, но не более. У ребёнка было всё, что нужно. Взрослым она могла дать лишь советы, к которым они, вероятно, не прислушаются.
Дочь посмотрела в окно, потом обратилась к матери.
Если не будешь помогать, я заберу Лёшу, пригрозила она. И ты его больше не увидишь.
Валентина лишь рассмеялась, хотя внутри поселилась тревога.
Нуну. Давай. Посмотрим, как быстро тебя уволят и на что вы будете жить. У тебя хотя бы есть деньги на садик, мать года?
Дочь хмурилась, дышала громко, но возразить не могла. Через пару дней ей снова придётся прийти к матери с протянутой рукой: очередной платёж.
У вас было всё. Я не виновата, что вы всё профукали, продолжила Валентина. И хотите утянуть Лёшу и меня к себе на дно. Нет уж. Вы взрослые, барахтайтесь сами.
Катя не доела бутерброды. Встала, развернулась и пошла за своей курткой. Валентина, конечно, не стала её останавливать.
Когда дверь за дочерью закрылась, мать тихо вошла в гостиную. Лёша спал на диване, обнимая плюшевую совуподушку. Валентина выключила телевизор, чтобы внук не проснулся. «Ради него я сверну горы», подумала она, «А их двоих пусть жизнь теперь учит».
Комментарии (0)