Дневник Лилии Карасёвой
Утро. Где-то за окном шумит что-то неприятное дождь это или снег? Я натянула одеяло на голову, только бы не вставать. Холодина! Сколько можно! Встану, когда всё прекратится, а лучше весной Опять метель, ну сколько можно включать этот снег, товарищи?! Совести у вас нет! Вчера в «Галерее Москвы» купила себе красивые туфли, мечтала выйти в них сегодня А теперь будут стоять мои «лакшери» на входе, пусть все спотыкаются! Убирать их не буду, я же медведь, а медведи зимой ничего не убирают. Я вообще в спячке, глубоко в берлоге, не найти меня никакими ковшами! Нет, ничего не слышу ни мобильных, ни радио. Не трогайте меня! А если разбудите медведя злым станет! Всему свой срок, до весны и не жду меня на людях. Пуховик в химчистке, туфли без дела, я к вашей зиме не готова. Никто у нас не учил природоведение? У людей четыре времени года, а у нас зима, зима, а потом раз и сразу лето. «В марте носи две пары штанов» бабушка попрекает. Бабушка, у меня нет портков! А рейтузы нет, это не мои! И кричите вы зря, у каждого свои секреты. Я тоже не рассказываю, что вы в душе поёте народные песенки! Всё, соберите свои рейтузы и хорош! Я медведь, у меня лапа и глубокий сон. Всем на работу, а вы топаете, как по мостовой! Господи, выключите радио, я же сплю! Что это не радио, а директор звонит? Почему на мой телефон? Не ваш, а мой, ну да«Игорь Петрович» написано О боже! Алё Алё! Я хриплю? Нет, я совершенно не
Почему вы все сегодня ругаетесь? Не на меня? Ах, вы в пробке? Я где? В берлоге ой, то есть, тоже в пробке! Конечно, пробка, машин куча прямо на Комсомольском проспекте! Да, и у меня машинка красная, «Фордик», папа подарил, строгий у меня папа. Почему я говорю в нос? Пробка же, еле дышу, губами шевелить трудно. (Лапа Милки, моей кошки, мне пол-лица закрыла.) «Форд» у меня маленький, тесно будто подушка гречневая у рта! А что, макет я везу? Конечно! Дворянское гнездо, особняк, как вы и просили. Нет, не избушка! Да, этот макет у меня, как и ваша срочность Макет рядом, то есть еду Перезвоню у меня тут кошка Милка, трётся и не даёт работать. Мила, если меня уволят, корм тебе никто не купит, поняла? Начальник думает, что я в машине. Ловко, правда?
Ну а куда ехать в такую погоду? Кто-нибудь накормите кошку! Что, я? По справедливости медведю кормить нельзя пусть кто поактивнее. Я в спячке, объявляю бойкот зиме. А такой хороший сон был Что же мне снилось Ой, только не это Почему начальник в моей кровати? Ах, я так и не завершила звонок Встаю, бегу! Уже бегу! Мама, где мой кофе? Без кофе? Без круассана? Ну хоть бабушка пожалей! Лентяйка? Да я всю ночь фанеру пилила, особняк строила! Ну хоть хлебушка, бабуль Ням. Где мое пальто? Кто опять поставил туфли посреди коридора? Те самые, за пол зарплаты! Да, это они. Что, Игорь Петрович, не торопиться? А макет? Уже не нужен? Всю ночь работала, дедушку из гаража прогнала. Что респект деду? Дед, тебя зовут! Ах, ушёл дед, а куда в метель вышел. Я выезжаю!
Я вскочила в строгий синий костюм, накинула чёрное пальто. Макет шикарного дома держу как музейную реликвию, на подоконнике у него моя кошечка (я сама туда приклеила, уют же!). Едва не рухнула на лестнице, спасла бабушка Маша: серая шаль, меховая жилетка, валенки настоящая русская бабушка, самобытная рядом с моей поделкой.
Дай помогу! командует. Поломаешь сейчас красоту, знай таких! Да кто тебя замуж возьмёт, вся в фанере и опилках! Ну где твой чудо-«Форд»? Отец твой, Евгений Павлович, с ума сошёл такую машину подарил! На фанеру всё тебя тянет, хоть бы кто женихом захотел быть!
Нет у меня женихов, бабушка. Вот избушка моя, помоги в багажник затащить, и всё. Поцеловала меня на прощание и Куда ты поедешь в жилетке и валенках? Я с тобой поеду, я твой макет на коленях довезу!
С бабкой мне не справиться: хоть бы уехать однажды далеко Бабушка сказала, доберётся за мной на поезде хоть на край света. Так и живём весь род считает меня малышкой, глупенькой. И Игорь Петрович, начальник мой тоже так думает, наверно. Ну и пусть! Зато у меня руки золотые, дерево как кожу чувствую: всё что-то выпиливаю, вытачиваю Бабушке шкатулку, маме подвеску из ореха, отцу подставку, теперь вот особняк заказ для Носовых.
Носовы люди известные, им домик нужен для гостиной: «аля музей», как говаривала жена Носова, Аргентина Аполлинариевна.
Игорёк, делаем срочно, завтра всё должно быть готово! верещал сам Носов. Заплатим достойно!
Игорь Петрович не любит срочности, но нужны гривны фирма еле выживает, эти макеты нужны только для презентаций Так что работа досталась мне. Картинки, чертежей никаких, внедряем магию! Как поведёт хозяйка, так и делаю.
Мне за ночь всё удалось, даже бабушку удивила. Кошку в окошко приклеила нарочно чтоб дома уют был.
Лиля, не гони, шепчет баба Маша в машине, держит домик двумя руками, как мавзолей.
Не бойся, бабулечка, метель к нам благоволит! отвечаю нарочно басом. Какой русский не любит быстрой езды! Вот уж и метель закончилась
Утром в офис: выносим макет вместе. В холле охранник проверяет Марию Фёдоровну. Она фыркает: «Что, в валенках металл искать? Лучше б помог!» На лифте поднимаемся: сначала я, спиной, потом макет, потом бабушка.
Карасёва! встречает Игорь Петрович. Решила всё-таки показаться Повезло, в последний момент приехала
А вы не горячитесь, баба Маша сразу за меня встала. Ваша работница всю ночь в холодном гараже, а вы тут недовольны!
Бабушка! я покраснела до ушей. Это мой начальник
Начальника бы в галстуке а вон в джинсах так себе
Втаскиваем макет в зал, подключаю свет: окошки светятся, фонарики сияют сказка, а не дом. Любуюсь своей работой и Игорь Петрович почему-то вдруг смотрит уже не на макет, а на меня.
Кошка к месту, одобряет бабушка. Уют же!
А Носовы кошек не заказывали, Игорь качает головой, но вдруг улыбается. А жаль
Аргентина Аполлинариевна с мужем влетают: она с тонким намёком на губах, он шубу несёт.
Почему тут уборщица? спрашивает Аргентина. Пусть выйдет, пахнет нафталином!
Игорь выкручивается: Это наш консультант, не обращайте внимания.
Я жду, пока уйдёт эта женщина! Аргентина стучит сапожком, ей не с кем церемониться.
Баба Маша сердится и топает валенком глухо, но серьёзно.
Аргентина вдруг ко мне: Между прочим, кто делал макет? Девушка, бегом обслуживать гостей и к бару!
Это и есть ваш мастер, Лилия Евгеньевна Карасёва. За ночь всё сотворила, как Золушка, объясняет Игорь Петрович.
Аргентина хмыкает: Вот эта? Я думала, у вас мастера достойнее, Игорь! И уродство! Как вы такое доверили?
Тут баба Маша выставляет валенок вперёд: Никакое это не уродство! Лиля всю ночь старалась! Не нравится не берите, мы домой поведём!
На кухне у Аргентины эмоции бьют через край: Я платить не стану, вы ещё пожалеете!
Как так? Заказ выполнен, лучше, чем планировалось! Если не нравится дверь вон там, кивает Игорь.
Лёня, мы уходим! Аргентина уносится, муж за ней, но в дверях шепчет: Извините, у жены нервы
Много чести! бурчит баба Маша, чинит макет обратно. Домой понесём, хоть мне на радость!
Нет-нет, если Лилия решит забрать макет, машину дам. А пока давайте отметим удачный прогресс проекта! улыбается Игорь.
Бабушка не ест, но настаивает, чтобы я перекусила, и я отправляюсь с Игорем в кафе.
В скором времени макет купила строительная компания как рекламный образец. Меня приглашали работать отказалась: весна, новая мастерская, задания и просто Игорь без «Петровича». Не буду же я жениха по отчеству называть?
Сообщение появились сначала на .
Комментарии (0)