Мне тридцать восемь, я живу один в своей хрущёвке. За всю жизнь ни одному человеку зла не делал, ни грубого слова не произносил. Всё, чем владею однокомнатная квартира, дача в Подмосковье, заработал собственными руками. Родители помогали, чем могли; я их пятый ребёнок, младший. Есть два старых друга, с юности я рядом с ними. Мы встречаемся редко, они уже женаты.
Не люблю, когда их мужья «под градусом» шутят пошло, пытаясь скрасить своё одиночество, скрываясь от жён. Пришлось каждому из них в ухо втискивать, что их супруги для меня лишь люди, а не возлюбленные. Спасибо тебе, Господи, они меня поняли.
Надо сказать, под вечер, Людмила, моя подруга, посмотрела в окно, где за стеклом мелькали счастливые семьи и такие же одинокие, как она. Обратясь к Богу, она прошептала:
Я никогда тебя не просила, а теперь смиренно прошу: дай мне того, что людям нехватает. Устал я от одиночества. Пришли мне хоть когонибудь: животное, бездомного, может, ребёнкасироту. Я трус, не уверен в себе, боюсь, что меня будут высмеивать. Отец всегда наставлял меня беречь честь, иначе будет стыдно. Живу я, как в посковородке без масла. Пожалуй, помоги мне найти путь. Аминь.
Воскресным утром, рано весной, в доме напротив в редких окнах светились лампы. Я искренне помолился, а когда отойдя от иконы, ощутил на щеках следы сухих слёз. Вытер их тыльной стороной ладоней, поднял две тяжёлые сумки с продуктами и краской для забора, пошёл к выходу.
Моя радость дача. Там я не одинок: работаю, болтаю с соседками о урожае, перегоняю время. Сумки тянули руки до земли, но недалеко от меня стояла автобусная остановка. Стоял я там почти час, пока мимо проезжал один «ПАЗ», потом второй, и ещё один, и опять всё занято. Если бы проехал третий, я бы вернулся домой, но судьба решила иначе сегодня я должен был остаться на даче. При таком наплыве людей вечером уже не уехать, а утром к работе.
И чудо: полностью загруженный автобус резко тормознул, вырвал из своих недр пьяного мужика с криком и, словно по доброму приказу, пригласил меня зайти. Я выдохнул, втиснулся, двери с трудом закрылись, сжав меня, как гармошку. От нехватки кислорода и запахов чуть не упал в обморок.
Сорок пять минут «клинической смерти», и я уже на своей родной даче. К пятнадцати часам копчёный окорок на спине, Белоснежка спереди, к восемнадцати уже мертвый труп. Вернувшись на полусогнутых ногах в дом, спина скрипела, руки упали ниже колен, взгляд потух. Подмигнул отражению в зеркале, быстро принял душ и решил отдохнуть перед телевизором часок.
Уснул в полёте, едва уложившись на подушку. Устал. Проснулся посреди ночи, телевизор показывал какойто фильм, выключил его, завёл будильник и снова, уже сняв халат, лёг спать. Сон не шел. Промывшись, полчаса стоял, потом встал, приготовил себе обед для работы.
Отработав два дня, опять отправился по привычному маршруту к даче. Заходя в дачный домик, я ахнул: электрический чайник горел, моя любимая чашка стояла с сахаром и пакетиком чая. Не веря глазам, потрогал чашку, покачал головой, вышел на улицу и увидел покрашенный забор. Покрашенный? Ничего не понимал.
Вопрос возник сам. Кто? Может, приехала мама? Подошёл, коснулся шпаклевки пальцем на ней след зелёной краски. Это не мама, краска свежая. На соседней даче мелькнул платок бабушки Кати. Я прошёл по узкой тропинке к забору и крикнул:
Баба Катя!
Из соседского домика донёсся приглушённый голос:
Это ты, Людмила? Подожди, сейчас выйду. Чёрт возьми, эти охотники! Всё на месте не убирают.
Бабуля, заслуженный строитель советского времени, ворчливо вытирая руки о старый фартук, вышла на крыльцо.
Привет, Людочка. Что так рано? Вчера у тебя была выходная? Смотрю, забор подкрасила.
Доброе утро. Да, вчера работала. А вы не видели, кто мой забор краской покрывал?
Не ты? Я тут ночевала, никого не было. Может, твоя мама приезжала? Почему она ко мне не зашла? Она всегда заходит, давай чашку попьём.
Не знаю. Забор покрашен, чайник горячий, чашка с заваркой стоит.
Подожди, посмотрим вместе.
Старушка пошла к калитке, а я с самым решительным видом подошёл к своему забору, где явно не было мужской руки.
Давай, показывай!
Вот и всё.
Смотри, ничего не исчезло и не прибавилось?
Нет, только хлеб в мешке исчез.
О! У тебя, похоже, домовой завёлся.
Ага! И забор перекрасил, кисточку помыл, на пустую банку положил.
Не мучайся! Позвони маме, а то я помогу.
Я, не раздумывая, достал телефон из сумочки, набрала мамин номер. Долго ждало гудение, затем вуалирующий голос мамы спросил:
Ты что так рано? Что случилось?
Привет, мама. Я на даче, всё в порядке. Ты вчера была?
Нет, не договаривались. Что случилось? Обокрали? У тебя же дома нечего терять.
Нет, просто забор покрасили.
Да будет здоровье тем, кто помог соседа. Скажи спасибо, а то и поможешь им. Бежим с папой за керосином на рынок.
Пока, мама, передай привет отцу.
Хорошо, пока.
Баба Катя, переставшая прыгать с места на место, спросила:
И что же?
Может, дед Матвей? Я краску несла, он грозился помочь. Думала, шутка. Пойду, поблагодарю.
Правильно. Иди, дочка. Как справишься, приходи, обедать будем. Щи на кости сварила, вкусные.
Я обошёл всех соседей, никто ничего не видел, не слышал. Поначалу над моим именем смеялись, предполагали домовых и барабулек. За два дня на даче ничего удивительного не случилось. Уходя, оставил на столе полбулки хлеба, пару банок консервов, банку тушёнки и записку «спасибо».
В следующие выходные я летел к даче, как на крыльях, веря в сюрприз. Чудо пришло: в домике прибили две полки, всё привели в порядок, даже полы помыли. Снова никто не видел.
Я почувствовал азарт охоты, стал чаще приезжать, с соседями негласно охранял участок, брать отгулы, чтобы выслеживать тайного помощника. Ничего! Грядки политы, ягоды в банках, свежие цветы в вазе, чисто в доме, даже старые дачные сапоги отремонтированы. Еда не пропадает, в холодильнике готовые супы и салаты из собственного огорода. И что мне оставалось делать?
Я, как последняя глупица, стоял в хибаре, вслух благодарил невидимого хозяина. Под конец лета стал дерзким, отдавал приказы, что сделать к моему следующему приезду. Говорил ему, что он может делать, что хочет, а зимой возьму его к себе, чтоб не морозил одного. Весной вернёмся, чтоб не тревожился. Соседки, разведёнки и семейные, завидовали:
Вот это да, нечисть с умом. Знает, как одной бабе тяжело.
Я даже к гадалке ходил, ставил блюдце с молоком на крыльце, которое постоянно пить кот соседки Клавы. Настала осень, урожай собран, землю перекопали. По совету соседей в последний визит на дачу села на крыльце, поставила перед собой старый мужской башмак, одолженный у деда Матвея, и прошептала:
Ну что, хозяйка, поедем на новое место. Жить будешь у меня, квартира небольшая, но справимся.
С левой стороны раздался весёлый мужской голос. Я подпрыгнула от удивления, обернулась передо мной стоял мужчина в поношенной, но чистой одежде, босой, с отросшими чёрными кудрями до плеч и голубыми глазами, нервно сжимая и разжимая кулаки. Никакой речи.
Прости, что испугал, сказал он. Ты же уезжаешь до следующего лета, а я здесь, как обещала, ждать тебя.
Слёзы потекли из моих глаз. Я смотрела на него, молчала.
Вдруг я крикнула:
Стой! Куда ты собрался? И шепотом добавила: Хочешь чтонибудь поесть?
Немного. Ты весь день не выходила, я не успел перекусить.
Подожди, дома манты есть. Как тебя довезти? Сядь, не смей уходить. Спросим у деда Матвея, может, Санька в город поедет, привезёт.
На полной скорости я бросилась к соседям, не веря в случившееся. Похоже, мне это снится. В реальной жизни такого не бывает: целый год помогал мне бездомный, а теперь я его в дом забираю. Но жизнь полна чудес.
Прошли годы. Я, держась за руку своего мужа Владимира, гуляем по утренним аллеям городского парка. Наступила золотая осень моё любимое время. Вспоминаем, как много лет назад мы случайно встретились, как долго не могли найти слова, рассказывая друг другу простые истории. Я обычный человек, а он выпускник двух вузов, один очный, другой заочный, женат, пережил перестройку, остался без работы, долго искал новое место. Когда я стала бизнеследи, он оказался бездомным, ночевал у друзей, ходил по дачам, воровал еду. Однажды увидел меня с тяжёлыми сумками, пожалел, стал помогать, прятался на чердаке моего дома, боялся, что я его вытолкну. Постепенно он понял, что я не враг, а помощник. Сейчас, вспоминая, смеёмся. Когда наш сын вырастет и решит жениться, расскажем ему эту историю.
Пора домой, подъехала служебная машина моего мужа. До вечера наш уютный мир.
Комментарии (0)