Гадюка
Лидочка, почему Саша снова не берет трубку, а потом ты отвечаешь?! Я хочу услышать своего сына!
В голосе свекрови, Тамары Петровны, звенел такой лед, что Лида даже плечами повела.
Он во дворе, Тамара Петровна. Забыл телефон на кухне.
Ну так отнеси ему! Что, трудно догадаться?! Мне нужен Саша, и срочно!
Дальше Лида уже не слушала. Молча сунула телефон под локоть и пошлёпала во двор, где ее муж ковырялся в «Жигулях».
Мама, бросила Лида, вручая телефон.
Недовольна?
А как же! хмыкнула Лида. Забыл, что у нас нынче Меркурий ретроградный. Вчера же жаловалась! Собираешься отвечать? Или давай сделаем вид, что заблудился в Сибири без связи!
Саша смерил жену взглядом и протянул руку:
Лучше сразу на Камчатку там ещё хоть немного спокойствия…
Лида отдала телефон и пошла обратно.
Всё по-старому. Как была она разлучницей в глазах свекрови, так ею и осталась. Да хоть десять лет прошло, что они с Сашей вместе живут и воспитывают Ксюшу его дочь от первого брака. Ксюша зовёт Лиду мамой, потому что свою Наталью, что бросила малышку ради новой любви, почти и не помнит. За эти годы та приезжала всего пару раз, да и то ненадолго отметиться, мол, не забыли. Забирать Ксюшу в новый брак Наталья не собиралась: у той теперь уже ещё парочка малышей, и с дочкой она играла только для галочки, по просьбе бывшего мужа. Саша считал, что дочери надо знать корни а вдруг потом возникнут вопросы.
Но у Тамары Петровны логика была иначе устроена. Ни измена Натальи, ни то, что Лида появилась рядом с Сашей, когда Ксюше уже было два года, в засчёт не шло. Познакомились они, между прочим, на дне рождения у Ксюши. Лида работала тогда фотографом Тамара Петровна сама её наняла для внучки.
Гадюка! Влезла в семью и тешится! шипела Тамара Петровна на свадьбе. Ребёнка приручила к себе! Своих не может хоть чужого приласкать позволили!
Откуда она узнала о проблемах Лиды со здоровьем вообще мистика. Врачи-то никаких гарантий не давали, но Лида всё надеялась, что хоть разок станет мамой. Ксюшу считала подарком: с того самого дня, как нарядная девчонка в голубом фатиновом платье, вся в креме от торта, подползла к Лиде и вцепилась крепко-крепко в руку. Лида потом смеялась, что вышла замуж за Сашу исключительно благодаря Ксюше.
Саша лишь смеялся: жену своей судьбой считал, а материнские предрассудки старался не замечать.
Разлучница! жаловалась Тамара Петровна соседкам. Ну что за женщина, которая разрушает чужую семью?
Тамарочка, да какая, к лешему, уже семья? смеялись подруги. Натаха сбежала давно! Саша один жил, ты забываешь!
Ну хоть родила мне внучку! не унималась свекровь. А эта?! Что она может дать?
Время покажет.
Не желаю ждать, чтобы что-то узнáть! Люди мы простые, знаем с чем родился, тем и жил…
У Тамары Петровны был целый список претензий к Лиде. Во-первых та росла без отца. Мать поднимала Лиду одна, тяжело было. Помогали старенькая тетя со сладостями и соседка, которая забирала Лиду из детсада, если мама застревала на работе.
Что полезного может вырасти из безотцовщины? тяжело вздыхала Тамара Петровна Вы представляете, она Сашу заставляет посуду мыть!?
Ну и чудненько! смеялись подруги. Муж помогает жене, что плохого?
Мужчина на кухне к дверям беда приходит! бушевала свекровь, но к каким именно переменам муж на кухне поведёт, объяснять отказывалась.
У неё в доме папа рыбачит, добывает, а мама охраняет стены и держит порядок: тишь да гладь, буря пусть снаружи бушует… Так и жила, пока не возникла Лида.
С первой женой Саши, Натальей, Тамара Петровна была знакома со времён института. Хорошая вроде семья: папа профессор, мама домом ведает. Наталья с трудом школу закончила, поступила туда, где работал отец, но быстро ей наскучило. На втором курсе вышла замуж и родила ребенка. А потом пришла любовь…
Саш, прости! Я не могу иначе, я другого люблю.
А меня? А Ксюшу? спрашивал Саша, пока жена чемодан собирала, даже не взглянув на дочь в кроватке.
Любила, конечно! Но это другое. Саша, у меня от него крыша едет! В голове ни одной мысли, кроме о нём!
Про меня и не думай, про Ксюшу подумай. голос у Саши был твёрд, а Наталья лишь плечами пожала.
Я думаю как раз. Что будет, если несчастная мама рядом остаться? Я всех вас сожру… Не хочу и не буду! Прощай!
Тамара Петровна хлопала в ладоши дескать, «Вот что ты, Саша, творишь! Потерял, отпустил! Так ли настоящий мужик поступает?»
Мама, мне что, к батарее приковывать было? Или в угол ставить? горько шутил Саша.
Может, к нам переедете? Одному-то чего мучиться!
Нет, мам, свой дом, сами разберёмся. Буду рад, если с Ксюшей иногда поможешь, няню бы найти…
Никаких нянь! На кого попало?! Я сама буду сидеть!
Какое-то время Саша держался один, потом звонил бывшей тёще. Она согласилась, хотя за сердце хваталась проблемы там начались давно, ей всё стыдно было сказать… И однажды Ксюша, проснувшись, не смогла разбудить бабушку та лежала на диване. Врачи сказали: инфаркт, жалко молодая ещё.
Тамара Петровна приехала сразу после звонка. Ксюша со слезами бросилась к ней.
Девочка моя, все хорошо! Бабушка всегда рядом!
С тех пор Тамара Петровна сидела с внучкой от зари до зари. Гуляла, вязала шапочки, учила кататься на санках, хвасталась подругам первым зубом и тем, как Ксюша хулиганит.
И тут объявилась Лида. Взяла на себя быт, ребёнка, и Сашины заботы. Ксюша к ней привязалась быстро. Лида воспитывала строго, но с любовью Ксюша скоро поняла, что мамой зовут не за варенье и куклы, а за то, что любят.
Свекровь всё ждала промаха. Хоть маленького. Но Лида была осторожна, ссор не провоцировала, понимала не гоже сына с матерью в разные углы разводить. Да и ради Ксюши старалась: для ребёнка важнее всего мир в семье, и чтобы его любили.
Но черная кошка прошмыгнула между ними в тот день, когда Тамара Петровна принесла огромный киевский торт.
Тамара Петровна, Ксюше нельзя сладкое врач запретил.
В наше время и слова про аллергию не слышали! Она бабушкина внучка торт получит!
Лида не спорила, только глазами с Ксюшей переглянулась и Ксюша, чмокнув бабушку, умчалась. Саша попытался уладить:
Маманя, сладкое Ксюше нельзя, а нам-то можно. Давай чаёк?
Без меня! Торт я купила не для этой гадюки!
Такое «ласковое» слово вырвалось у неё само, аж самой легче стало. Столько лет злость копила, что сама себе потом удивилась.
Мама! строго сказал Саша.
Я пошла! гордо ушла, ни извиниться, ни оглянуться.
Лида за руку мужа ухватила, глазами ему: не гонись, мол. И Саша понял.
Когда свекровь хлопнула дверью, Лида, убирая торт в холодильник, вдруг прыснула от смеха.
Ты чего? изумился Саша.
Представляешь, сколько раз твоя мама это слово хотела сказать и не могла! Хоть полегчало теперь! Клянусь, довольная ушла!
Тебе что, не обидно?!
Да было слегка, но смешно всё равно! Жалко её. Жить с таким паром в душе неудобно же! Нет в жизни ни радости, ни покоя, все крутится вокруг обид… А ведь через неделю день рождения Ксюши. Мама ж придёт поздравлять.
Будет скандал? Саша приобнял жену.
Ты что, нет, конечно. Ксюша-то не виновата! Мою маму обижать нельзя, а у ребёнка праздник.
Может, уедем и отпразднуем на даче, втроём?
Нет, у Ксюши подружки приглашены, торт фруктовый заказан, без крема! Врач велел!
Мама наверняка сочтёт, что это саботаж…
Ой, да пусть думает, что хочет! Главное счастье Ксюши. Если язык прикусить надо для этого легко!
Саша поцеловал Лиду, а на следующий день поехал к родителям.
Мама, тебе придётся извиниться.
Мне?! За что?
Саша строго объяснил, что счастье его не в обидах и что Лида сделала для Ксюши много доброго.
На Ксюшин день рождения бабушка не пришла, сославшись на давление. И целый год потом тоже не заглядывала. Обиду лелеяла, как кактус у окна. Ей уже казалось, что это Лида в чём-то виновата просто своим присутствием.
С Ксюшей теперь говорила только по телефону, буквально ради галочки. Муж ворчал:
Одна останешься!
У меня ты есть!
Я не вечный. Потом не жалуйся, что Ксюша тебя не вспомнит!
С сыном говорила сухо, «по делу», а как Лида брала трубку, снова злость комом подкатывала.
Однажды Саша на мотоцикле, ключи не нашёл, торопился из-за отца, которому стало плохо. А Лида с Ксюшей дома математику решали. Вдруг визг потом звон разбитого зеркала в проходной… У Лиды всё в глазах поплыло, Ксюша закричала.
Сам Саша почти не разбился, когда грузовик его слегка задел: скорость была небольшая, но всё же вырубился. Очнулся в больнице ночь за окном, а на стуле рядом Лида, положив голову на руку.
Лид, ты тут…
Ты живой! О, Саша, напугал!
Ты-то как? Тебе ведь нельзя волноваться…
Всё хорошо. Не нервничай!
Вздох Саши прозвучал громче любой клятвы.
А Ксюша?
С твоей мамой. Я уговорила её побыть. Сейчас позвоню…
Может, утром? машет руками Саша.
Ты с ума сошёл? Она же волнуется!
Я про то, чтобы ты сама не нервничала, стресс там…
Лида улыбается хитро:
Со мной твоя мама теперь не ругается. Она сразу поняла, что я жду малыша.
И что?!
Теперь я не гадюка я Леночка!
Саша заулыбался.
И всё так просто?
А куда сложнее? Долго человеком только злобой жить тяжело. Она так испугалась, что забыла обо всех обидах. Обняла меня, пока ждала, когда очнёшься, и всё-всё простила! Вот так бывает.
И ты её простила?
Да к чёрту старое! Главное что будет дальше! Пусть тянет Ксюше торты, пусть балует. Аллергию вылечим, злиться отучим, а любовь и тепло остальное приложится!
Лида облегчённо выдохнула.
А знаешь, я тут подумала… Саша отличное имя. И мальчику, и девочке подходит!
Егор! Или, если девочка, Анастасия!
Мама твоя сказала, что Саша прекрасно.
Правда? Саша сдвинул брови, подозревая, что всё ему снится. Ну, подумаем еще… Лидка, а ты знаешь, что я тебя люблю?
Догадываюсь! А теперь спать, а я пойду позвоню твоей маме пусть успокоится наконец. А то не уснёт.
Скажи ей, что её тоже люблю.
Она всё знает. Но напомню сто процентов не лишнее. Спи!
Комментарии (0)